Шерлок Холмс и закон

Слуга украл у знатной дамы карбункул. — Славный камешек!.. Сколько преступлений совершено ради него! Дорогой камень — это любимая приманка дьявола… Из-за него совершено два убийства, самоубийство и несколько краж; кого-то облили серной кислотой. Можно ли подумать, что такая прелестная игрушка ведет к виселице и тюрьме, — так говорит Шерлок Холмс. Но свою задачу, несмотря на такое ясное понимание, что прелестная игрушка в его обществе не может не рождать преступлений, он видит лишь в том, чтобы вернуть камень его законной владелице. Графиня приобрела карбункул отнюдь не своим трудом, и Шерлок Холмс это прекрасно понимает, но на ее стороне закон, и Холмс служит закону.

Шерлок Холмс и закон

Если бы Холмс сделал другой вывод из своих рассуждений о карбункуле, этот вывод мог бы привести его к мысли о социальных источниках преступления, о необходимости искоренить такое положение вашей, когда карбункул становится приманкой дьявола. Но Холмс никогда не идет так далеко, ибо он видит своеобразную поэзию в том, что драгоценный камень является источником целой серии преступлений. Так, по мнению Холмса, и должно быть. Поэтому он оживляется, распутывая темные, запутанные преступления. Поэтому ему нравится не только процесс раскрытия преступления, но нравится само преступление. Жизнь скучна и однообразна — так ему кажется, и так оно и есть в буржуазном обществе. И вот Шерлок Холмс считает, что только преступление делает жизнь интересной и красочной. Багровая нить убийства проходит через бесцветную паутину жизни — так определяет Шерлок Холмс интерес своей профессии, главный интерес своей жизни в рассказе Багровый след Ватсон неоднократно говорит о любви Холмса ко всему необычайному. По совсем нетрудно заметить, что необычайным в жизни Холмс считает только преступление. Остальное все — серая проза обыденного существования И когда у Холмса вырывается жалоба на жизнь, то характер этой жалобы достаточно красноречив: В наше время нет преступлений и нет преступников, — говорит он с раздражением, — нет преступлений, которые приходилось бы расследовать; на лучший конец попадаются мелкие подлости, мотивы которых так прозрачны, что в них могут разобраться даже агенты Скотленд-Ярда.

Легко заметить в Шерлоке Холмсе черты своеобразного демократизма. Нередко он не считает нужным скрыть свое презрение к аристократам, обращающимся к нему за помощью. Так, в рассказе Скандал в Богемии богемский король оказывается куда менее интересной личностью, чем его бывшая любовница, маленькая актриса. Шерлок Холмс из любви к искусству помогает королю, но он настолько откровенно презирает своего знатного клиента, что отказывается пожать протянутую королем в знак благодарности руку. В рассказе Случай в интернате Шерлок Холмс точь-в-точь с таким же презрением относится к герцогу, представителю английской знати, усматривая в его поведении неблаговидные, мелкие и низменные побуждения. Но этот демократизм вовсе не означает, что Шерлок Холмс является противником знати и в какой-то степени относится отрицательно к законам того общества, в котором он живет. Если он почти не скрывает презрения к недостаточно изощренному преступнику герцогу Гольдернесскому, то зато о крупном преступнике Мориарти Холмс всегда говорит с трудно скрываемым восхищением. Когда однажды полицейский заподозрил самого Холмса в преступлении, — тот спокойно ответил: Не вздумайте меня арестовать по подозрению в убийстве… Я из своры собак, а не волк! Из поведения Холмса в этой сцене следует, что он не видит различия между волками и собаками, между преступником и сыщиком. Он думает, что ничего в жизни не изменилось бы. если бы собака и волк поменялись ролями. Ведь втайне Шерлок Холмс очень хорошо понимает, что в том обществе, где он живет, жизнь невозможна без преступлений, и поэтому багровый след убийства, с его точки зрения, столь же закономерное явление, как бесцветная паутина жизни.

Хотя в этих рассказах речь идет преимущественно о преступлениях, в итоге мы все же получаем довольно полную картину жизни буржуазной Англии конца XIX века. Происходит это, во-первых, потому, что само преступление в той форме, которую показывает Конан Дойл, — достаточно типичное явление для буржуазного строя, и, во-вторых, потому, что, как мы видели, Конан Дойл расширяет понятие преступления, он пишет не только об убийствах и кражах, но и о преступлениях, которые не укладываются в границы обычного буржуазного права.

Этим нам интересен Шерлок Холмс со своими приключениями: рассказы помогут читателю книги понять многое в капиталистическом мире. Но если поэтому поучительно следить за действиями и рассуждениями Шерлока Холмса, то, вместе с тем, нельзя забывать, что ум его циничен и сам он является плотью от плоти той среды, в которой он находит преступников, и сам он показателен для своей среды не меньше, чем те, кого он предает суду законов.

Рекомендуем

Голубой карбункул

Голубой карбункул

Последнее дело Холмса

Последнее дело Холмса

 

Об авторе
Поделитесь этой записью
Оставить свой комментарий

Пожалуйста, введите ваше имя

Ваше имя необходимо

Пожалуйста, введите действующий адрес электронной почты

Электронная почта необходима

Введите свое сообщение

Европейский, криминальный © 2014 Все права защищены

Крутой детектив